Читаем без скачивания Комедия масок. Серое небо - Анна Нова

– Да нечего рассказывать, скука смертная.

– Понятно, – кажется, Инеш мне не поверила. – Чего желаете? Портер? Один момент, – девушка метнулась к подошедшему гостю. Через пару минут она объявила:

– Я снова здесь. К слову, какие у тебя планы на вечер? Оставайся, я скоро закончу смену, и можем по набережной проехаться на великах. Как в старые-добрые.

Я протестующе махнул рукой.

– Совсем старый стал, перспектива гонять ночью под дождем меня совершенно не вдохновляет. Лучше скажи, ты на выходных занята?

– Засядем дома и устроим сериальный марафон? Посмотрим. Слушай, Кай, я тут наткнулась на сообщество в инстаграме, subway_angels называется, – продолжила Инеш, – готова поспорить, несколько фотографий были твоего авторства. Ты случайно не начал снова искать эти… зоны?

– Все фотки в этом аккаунте – чертов фотошоп. Нет никаких доказательств, что они настоящие.

Честно, мне бы так хотелось рассказать ей. Но одно дело – верить в Пограничные зоны и искать их, а совсем другое – точно знать, что они существуют.

И знать, какие существа оттуда приходят.

Инеш окинула меня долгим взглядом. Покачала головой.

– Ты чего-то не договариваешь. Точно все нормально?

– Да, все прекрасно.

– Ну ладно, – недоверчиво согласилась Инеш.

– Как ты? Ученики не замучили?

Она неопределенно махнула рукой. Инеш преподавала на курсах португальский язык, и частенько это оказывалось тем еще испытанием.

– Просто я сегодня исчерпал свой лимит общения с людьми, – признался я, – но на тебя это не распространяется!

– По тебе заметно, – подтвердила она, – ну так давай, домой поезжай, чего тут засел? Добрый день, как дела? – выражение ее лица изменилось, когда к бару подошла группа ребят, явно туристов.

– Какие сорта крафтового пива посоветуете? – запинаясь, спросил самый смелый из них.

Инеш начала лекцию об ассортименте паба, а я допивал свой чай.

– Пойду, пожалуй, – я поймал извиняющийся взгляд Инеш. Она кивнула: «Спишемся вечером». Я слез со стула и устремился в уборную.

По дороге туда столкнулся с какой-то девчонкой в футболке Star Wars. Меня обожгло ее страхом – редко люди так боялись! Это был страх перед неизведанным. На секунду я замер и посмотрел ей вслед. Почему-то хотелось остановить ее и поговорить. Как странно… Меня редко посещали подобные идеи. В смысле, пристать к незнакомому человеку с расспросами о его эмоциональном состоянии. «Добрый день, я чувствую, что вы чем-то расстроены, не желаете об этом поговорить?» Бред какой.

Я тряхнул головой, стараясь отогнать наваждение. Потом отправился по своим делам. Краем глаза я заметил свое отражение в зеркале. Из общей массы однотипных хипстеров меня выделяло… Да ничего не выделяло.

Я выглядел как несчастный студент во время сессии: кудрявые каштановые волосы сильно отросли, глаза наполнились вселенской тоской.

Потом я вспомнил, что был сентябрь и учеба только началась. До сессии бедным студентам еще жить и жить. Неудачное сравнение!

До вокзала я добрался минут за пятнадцать. Сел в автобус до городка Рослин. Достал наушники, включил The Killers. Хотелось чего-нибудь бодрого, и я выбрал альбом «Day and Age». Автобус мягко тронулся с места, и мы, наконец, поехали домой.

Небо за окном приобрело странный фиолетово-сизый оттенок – словно расползавшийся по коже синяк. Размытый мир проплывал вдоль дороги, смазанный и растушеванный, казавшийся нарисованным. Крупные капли дождя разбивались о стекла, причудливыми узорами растекались по поверхности.

Через пару остановок в автобус проникли призрачные существа, питавшиеся воспоминаниями. Они походили на Безликого монстра из мультфильма «Унесенные призраками». Высокие сгорбленные фигуры в черных лохмотьях. Головы их украшали ветвистые призрачные рога. Огромные пустые глаза без зрачков, широкие пасти, усыпанные мелкими острыми зубами. Твари уселись позади пожилой парочки, протянули к ним свои тоненькие узловатые ручонки.

Человеческая память наполняла их жизнью. Делала сильнее, помогала продлить их странное, лишенное всякого смысла существование в нашем мире.

Один из призраков заметил меня. Обернулся, посмотрел на меня своими черными безэмоциональными глазами. А потом отвернулся и вновь приступил к трапезе.

Они заберут у старичков совсем немного. Встреча с призраками никак им не повредит. Просто забудут пару эпизодов из своей жизни.

Я бросил взгляд в окно.

Скольких я уже видел?

Демоны-паразиты, пившие отведенное человеку время; охотники на сны; ангелы подземки; Тысячеглазые; Безликие; мимы. Десятки тварей, которые стали частью привычного мира.

The song maker says: «It ain’t so bad»

The dream maker’s gonna make you mad

The spaceman says: «Everybody look down

It’s all in your mind»

В плеере звучала замечательная веселая песенка «Spaceman». Серьезно, старина Брэндон, ты не шутишь? Слова «Все это в твоей голове» казались насмешкой с его стороны.

Я накинул капюшон, закрыл глаза.

Монстры никуда не исчезли, я знал. Они будут кататься по этому маршруту, пока не насытятся. Что с ними произойдет потом? Уже неважно. Я ничего не могу сделать. Я могу только смотреть. И это бесит.

Автобус затормозил на нужной остановке, я выбрался из салона, огляделся. Воздух в поселке был чистым и свежим, пахло осенью и лесом. Поправив сумку, я зашагал от остановки домой.

Спустя пару минут я был на месте. Наш дом стоял особняком; он выглядел немного неопрятным, но зато уютным. Его стены оплетали побеги плюща, над крыльцом висел фонарь, а вокруг буйно рос декоративный кустарник.

Вошел в прихожую, скинул наконец промокшие кеды. Из глубин дома доносились раскатистые звуки мантры «ОМ». Резко пахло ароматическими палочками.

– Нонна? – позвал я. – Бабушка, ты тут?

Я вошел в гостиную. На коврике в самом центре комнаты в позе лотоса сидела моя бабуля. Свои длинные седеющие волосы она заплела в косу. На ней была ее любимая форма для занятий йогой: фиолетовые леггинсы и футболка радужной расцветки. Фигуре моей бабушки могли смело завидовать молодые девушки. В отличие от нас с дедом, она всегда следила за своим здоровьем и физической формой.

– Я тебя вижу, – не открывая глаз, сообщила Нонна. Вообще-то, бабушку звали Феличиана, но я называл ее Нонна – «бабушка» по-итальянски.

– Привет, – я забрался в кресло, по обыкновению уселся на подлокотник, – что на этот раз, сандал и пачули? – я помахал перед собой рукой, разгоняя дым от палочки.

Бабушка приоткрыла один глаз.

– Сандал и ваниль. Нравится?

– Нууу, это лучше, чем предыдущие, тошнотворно сладкие. У дедушки от них потом весь день голова болела.

Нонна осторожно выбралась из позы лотоса, выключила «ОМ» и, обернувшись ко мне, сказала:

– Дедушка эти палочки ненавидит как класс. Ну что, чаю выпьем? Как все прошло?

– Давай.

Мы пошли на кухню, и Нонна разлила чай по чашкам.

– Как прошел день? – повторила вопрос бабушка. – Я думала, ты позже вернешься. Ну и более веселым, – усмехнувшись, прибавила она.

– Да идиотский какой-то день, – я потер висок. Голова начала болеть. – Клиент попался специфический. – Я опустил подробности работы с сеньором Кавалли и историю о встрече с монстрами в автобусе. Бабушка спокойно выслушала мой крайне унылый рассказ о работе, МакКинноне и разговоре с Инеш.

После окончания школы мы с другом поехали в США. У нас была мечта: путешествовать в стиле road movie, переезжая из города в город. Мы фанатели от книг Стивена Кинга, «Секретных материалов» и прочих мрачных мистический историй о жизни в маленьких американских городах. Это был очень странный год. Мы действительно исколесили всю Америку. Работали на лесопилках, автозаправках, играли на гитаре в переходах Нью-Йорка и толкали дурь в Сан-Франциско. Мы воплощали знакомые сюжеты в жизнь, представляли себя персонажами прочитанных в детстве книг.

Однажды, проснувшись ранним утром в машине где-то на краю жуткого леса в штате Орегон, я увидел то, чего видеть совершенно не хотел.

Сумрачный лес перед моими глазами вдруг ожил. Среди деревьев один за одним возникали зеленоватые огни святого Эльма: они вспыхивали и гасли, пульсировали потусторонним светом. Вслед за ними появились и другие обитатели леса, казавшиеся полупрозрачными и размытыми в неверном свете огоньков. Эти создания могли быть только плодом больного воображения: нелепые, страшные, гротескные, похожие на монстров с картин Иеронима Босха, чересчур яркие или почти бесплотные – они выходили из чащи леса и вереницей устремлялись вслед за огоньками. От их безмолвной процессии веяло тоской: словно потерянные дети, они брели куда-то без надежды отыскать дорогу домой. Существ ничего не интересовало. Они угрюмо пересекали проезжую часть в паре метров от машины и скрывались в лесу по ту сторону дороги.